На ступенях бредят тени,
На вокзале многолюдно,
И в мистическом смятенье
Говорить прохожим трудно.

Шубы, пальмы, гром зловещий,
Зов рекламы, чемоданы,
Рёбра поезда скрежещут,
Промелькнул носильщик пьяный.

Как в Египте, как в Элладе, -
Тот в предчувствии обряда,
Пан заходится в руладе,
Эвридике бездна рада,

Зёв отверстый пышет скорьбью;
Поезд дрогнул на перроне,
Скарабей, пронзая болью,
Стал звездою на вагоне.

Обретает мир оттенки
Синего с исподом вечным.
Некто прислониться к стенке
Не успел, подхвачен встречным,

И уже гудок оттуда,
Пассажира окликая,
Плачет и скорбит, покуда
Галок разметалась стая.

Слышно: "Анненский..." Молитва,
Панихида ненароком.
Жизнь - изгнание иль битва?
Он всегда сражался с роком.

13 декабря 2017 г.

Алексей Филимонов