Вышла в свет книга поэтических видеоимпровизаций Алексея Филимонова "Видео Д`Эльфы поэзии".

Скачать книгу

Вступительное слово:

                                           ВИЖДЬ И ПИШИ
                                               От автора

Жанр поэтической видеоимпровизации предопределён цифровой эрой. Он сочетает архаичные формы поэзии, когда сочиняющий обращался к стихиям природы, «читая стихи драконам, водопадам и облакам» (Н. Гумилёв), с новейшими средствами электроники. Видеоимпровизации можно переложить на бумагу в привычное пространство книжной печати. Данная книга из расшифрованных видеоселфи со ссылками на видеоролики импровизаций на ютубе родилась через четыре года после первого сочиненного мной в парке видеоселфи, в неё отобраны тексты из трёх тысяч импровизаций. «Эту-вот речь, сущую вечно, люди не понимают», - говорил древнегреческий философ Гераклит.  Через века ему вторил философ Розанов: «Секрет писательства заключается в вечной и невольной музыке в душе.

          Что-то течёт в душе. Вечно. Постоянно. Что? Почему? Кто знает? – меньше всего автор» («Уединённое»).
Литературное направление «вневизм» (означающее взгляд извне в мир для создания нового измерения), возникшее за десятилетие до жанра видеоселфи, заложило основу теории нового вида искусства.
Внезапно приходит строка, другая, строфа…  Остаётся включить глазок направленной на автора видеокамеры и мгновенно сочинить стихотворение, осознавая паническое чувство цейтнота, как у шахматистов. Ведь стихи на бумаге мы можем перерабатывать бесконечно, а видеоэкспромт требует полного включения сознания здесь и сейчас, раскрепощения от необходимости писать стихи по неким канонам и избегать шороховатости формы и содержания. Такие строфы порой «вышагиваются», согласно ритмам и стихотворным размерам. «Почему мысль из головы поэта выходит уже вооружённая четырьмя рифмами, размеренная стройными однообразными стопами? – Так никто, кроме самого импровизатора, не может понять эту быстроту впечатлений, эту тесную связь между собственным вдохновением и чуждой внешней волею…», - задавался вопросом поэт Чацкий в «Египетских ночах» А. Пушкина, дивясь дару импровизатора итальянца. Мы ли сами сочиняем стихи в минуты вдохновения, или они приходят свыше? На этот вопрос нельзя ответить однозначно. Поэт или пророк, согласно Пушкину, может чувствовать и передавать обжигающим  глаголом всё, что происходит на планете и за её пределами, в мире земном и горнем, преобразуя хаос в гармоничные созвучия. Случайные прохожие стекаются на призыв Логоса, подспудно они стремятся услышать совсем другую речь, не переводимую на обыденный язык, складываемую в стихотворение перед видеокамерой. Людям кажется, что я разговариваю с кем-то посредством  интернета или снимаю окрестности. Бесстрастный глазок очеловеченной на мгновения съёмки видеокамеры смартфона становится оком вселенной, запечатлевая эзотерические части эпоса.
Примечательна рифма к слову видеоселфи – на зов природы откликаются мифологические персонажи и оживают исторические символы: Дельфы – эльфы – гвельфы:

Видеоэльфы готовят экспромты,
Всем раздавая, не только богам,
И выдувают для мага реторты,
Переступившего синь амальгам.

Фольклорность, узорчатость, фрактальность – качества видеоимпровизации. Христианская тематика внезапно сочиняемых стихотворений говорит о триединстве Бога-Слова. Кто на самом деле проговаривает строки, с расстояния вытянутой руки являя зрителю лицо, личину или лик? Это имярек, и в тоже время некто иной, лирический персонаж видеоселфи, обогащённый судьбой автора произведения и всего его рода в конкретное мгновение времени. Преодоление нарциссизма снимающего в том, чтобы расслышать слова, которые раскрывают подлинное «я» под многочисленными масками, навязанными обществом и добровольно принятыми поэтом. Роятся вокруг и рождаются неологизмы, новые понятия, требуя расшифровки и неотделимые от видеоимпровизации, перенимая эстафету древнегреческой мелики:

Фараон или бегун
Попадают в кадры селфи,
Тайнопашец вечных струн
Или сосланный на верфи.

Видеомаргиналии - заметы на полях вечности, приём записи – нащупывание. Изначально стихи слагались наощупь языком фотоновой кладки матрицы. Это прервалось при внедрении изобретения Гуттенберга – печатного станка, нивелировавшего живую речь и выхолостившего авторскую интонацию. Во время импровизации появляется другая кожа и чувствительность, случайный взгляд с расстояния сто метров способен сбить с мысли, а пребывание в толпе может быть благодатным для сочинительства (за исключением чрезмерного шума). Иногда глазок голографического автопортрета опустошает, порой приносит эйфорию.
Нас трогают извне словами, чтобы удостовериться в своём и нашем существовании. Бытие окрест внимает немой камере, за которую говорит «я», вестник двух измерений посредством духа.
Обращение к памятнику, увенчанному чайкой, как к живому человеку,  всё окружающее, даже за кадром и неслышимое, вовлечено в Комедию дель арте видеоселфи. Это бытовые сценки, крики птиц, объятия ветвей, смех, стоны из аида, отзвуки райской музыки. Таковы отрывки киноповести из кинопроб и озарений. Попытка сотворить одно совершенное видеоселфи. Стихия цифровой ленты яви и снов, проявление невидимого, неслышимого, неосязаемого и непреходящего.
Музыка земли и облаков, облечённая в человеческий голос.

8 ноября 2021 года
Санкт-Селфиград

Рецензия набоковеда Юлии Реутовой